Поповы

 

Наш род уходит своими корнями в глубину веков. В ветвях нашего родового древа переплелись судьбы многих известных людей России и особенно сибиряков.

 

По устным семейным преданиям, которые сейчас трудно подтвердить документами, нашим далеким предком мог быть Федот Алексеевич Попов. Он был выходцем из крестьян-поморов, родился в селе Холмогоры, Архангельской губернии, какое-то время жил в низовьях Северной Двины, где приобрел навыки морехода и освоил грамоту. В 30-х годах 17 века появился в Великом Устюге, был принят на службу к богатому московскому купцу Усову и зарекомендовал себя энергичным, толковым и честным работником. В 1638 году уже в должности приказчика и доверенного лица торговой компании Усова Федот Попов был послан с напарником в Сибирь с большой партией «всякого товара» и 3,5 тыс. рублей (значительной по тем временам суммой).

 

В 1642 году оба добрались до Якутска, где и расстались. С торговой экспедицией Попов двинулся дальше, на реку Оленек, но расторговаться ему не удалось. После возвращения в Якутск, он побывал на Яне, Индигирке и Алазее, но все неудачно — его опережали другие купцы. К 1647 году Попов прибыл на Колыму и, узнав о далекой реке Погыче ( Анадырь), куда еще никто не проникал, замыслил попасть на нее морем, дабы возместить потери, понесенные им за несколько лет напрасных скитаний.

 

В Среднеколымском острожке Попов собрал местных промышленников и на хозяйские, купца Усова, средства, а также на деньги своих спутников построил и снарядил 4 коча. Колымский приказчик, понимая важность начинания, придал Попову официальный статус, назначив его целовальником (таможенным чиновником, в чьи обязанности также входило взымание пошлин с пушных сделок).

 

По просьбе Попова к промысловой экспедиции были прикомандированы 18 казаков под командованием Семена Дежнева, пожелавшего участвовать в предприятии по открытию «новых землиц» в качестве сборщика ясака. Но руководителем плавания был Попов, инициатор и организатор всего дела. Вскоре после выхода в море летом 1647 года из-за тяжелой ледовой обстановки кочи вернулись обратно на Колыму.

 

Попов сразу же занялся подготовкой к новому походу. Благодаря вновь вложенным средствам он снарядил 6 кочей (Дежнев зимой 1647-1648 гг. промышлял в верховьях Колымы). Летом 1648 года Попов и Дежнев спустились по реке к морю. Здесь к ним присоединился седьмой коч Герасима Анкудинова, безуспешно претендовавшего на место Дежнева. Экспедиция в составе 95 человек впервые прошла Чукотским морем не менее 1000 км по северо-восточному побережью Азии и в августе достигла Берингова пролива, где коч Анкудинова потерпел крушение. К счастью, люди не погибли.

 

20 августа 1648 мореходы высадились где-то между мысами Дежнева и Чукотским для ремонта судов, сбора «выкидника» (плавника) и пополнения запасов пресной воды. В проливе русские видели острова, но какие, установить было невозможно. В жестокой стычке с чукчами или с эскимосами Попов получил ранение. В начале октября в Беринговом море или в Анадырском заливе сильнейший шторм разбросал флотилию.

 

Дальнейшую судьбу Попова Дежнев выяснил спустя пять лет: в 1654 году на берегу Анадырского залива в стычке с коряками ему удалось отбить якутку, жену Попова, которую тот взял с собой в поход. Это первая российская арктическая мореплавательница по имени Кивиль сообщила Дежневу, что коч Попова был выброшен на сушу, большинство мореходов убито коряками, и лишь горстка русских бежала на лодках, а Попов и Анкудинов умерли от цинги.

 

Имя Попова незаслуженно забыто. Славу открытия прохода из Северного Ледовитого в Тихий океан он по праву делит с Дежневым.

 

В 2001 году Банком России, в серии памятных монет «Освоение и исследование Сибири», была выпущена монета «Экспедиция Ф. Попова и С. Дежнева» номиналом 100 рублей.

 

Существует мнение, что после бури, разнесшей корабли С.И.Дежнева и Ф.А.Попова в разные стороны, кочевье Федота Попова выбросило на Камчатский берег и тем самым, они были первыми русскими, увидевшими Камчатку.

 

Первый исследователь Камчатки С. П. Крашенинников (участвовал в экспедициях Беринга) по этому поводу писал: «Кто первый из российских людей был на Камчатке, о том не имею достоверного свидетельства; а по словесным известиям приписывается сие некакому торговому человеку Федоту Алексееву, по которого имени, впадающая в Камчатку Никул речка Федотовщиною называется» ( Крашенинников С.П. Описание земли Камчатки. В 2-х тт. Т. 2. П.-Камчатский-СПб. 1994. Репринт издания 1755 г. С. 190).

 

 

Род Поповых был известен на всю Сибирь. В нем множество ветвей, так как в каждой семье было не менее четырех сыновей. Он дал землепроходцев, горнопромышленников и ученых. Но самое главное — Поповых можно без ложной скромности назвать первыми золотопромышленниками Сибири.

 

Вот как все начиналось: В условиях тяжелого финансового положения страны в начале 19 века и упадка золотопромышленности на Урале, государство было вынуждено отказаться от монополии на добычу драгоценных металлов, и в 1812 году была разрешена добыча рудного золота частным лицам. 28 мая 1812 года вышел высочайше утвержденный Указ Сената «О представлении права всем российским подданным отыскивать и разрабатывать золотые и серебряные руды с платежом в казну подати». В 1826 году были выданы первые разрешения на поиски золота в Тобольской губернии. С конца 20-х годов в Сибири стала развертываться деятельность поисковых партий. Но риски вложений в золотодобычу были очень велики, и долгое время предпринимателей, желающих заниматься золотом, не было.

 

Первыми предпринимателями, рискнувшими заняться поисками золота, стали купцы Рязановы, Черепанов, Верходанов, Коробков и Поповы. Удача первого открытия россыпного золота в Сибири досталась верхотурским купцам Поповым. Таким образом, Поповых можно назвать первыми золотопромышленниками Сибири. Поповы быстро разбогатели. Они имели более 120 приисков и гремели по всей Сибири. На разработку золотых приисков Поповыми были потрачена огромная сумма — более 2 млн. руб.

 

Известный ученый-этнограф, путешественник, археолог, публицист, участник экспедиций Потанина и его друг, редактор газеты «Сибирская жизнь» А.В. Адрианов писал о Поповых: «Эта фамилия, которая, составляя лучшее украшение Томска, должна быть запечатлена в его летописях как фамилия благодетелей города на вечные времена. Для старого и малого из купеческой среды она навсегда должна остаться символом той общественной роли, какую может и должен выполнить каждый местный представитель капитала, в его заботах о благе и процветании его родного угла» (Андрианов А.В. Томская старина // Труды музея археологии и этнографии Сибири им. В.М. Флоринского. Томского университета. Т. 1. Томск.2002. С. 369-370).

 

Жертвователям Поповым Томск обязан учреждением Сибирского общественного банка имени Поповых (1844), открытием женской гимназии (1863), выделением первоначального взноса для организации Мариинского приюта ( 1844) (Город юности на Томи. Томск. 2004. С.163). Поповы строили больницы, школы, гимназии в селах и городах Сибири.

 

 

Поповы выходцы из Верхотурья. Слава рудных богатств Алтая привлекла их в глубь Сибири, и они обосновались в г. Томске. Основной капитал принадлежал Андрею Яковлевичу Попову (1763-1833) — верхотурскому купцу 1-ой гильдии, коммерции советнику. Его семья когда-то переехала из Новгорода. Он занимался винными откупами в Западной Сибири (в Тобольской и Томской губерниях), арендовал Падунский винокуренный завод, а также владел соляным откупом и поставками продовольствия для армии. Вел торговлю с казахами и Китаем. В 1827 году имел звание коммерческого советника и миллионный капитал. Свои торговые и промышленные дела вел с племянником Федотом Ивановичем Поповым.

 

Федот Иванович Попов (ум. 1832), старший сын брата А.Я. Попова Ивана Яковлевича — верхотурский купец 1-ой гильдии, нажил в Сибири миллионное состояние главным образом с откупного дела. В 1824 году открыл в Киргизской степи (Казахстане) свинцово-серебряные и медные руды и учредил для обработки их единственный в России серебряно-свинцовый завод.

 

17 марта 1827 года министром финансов дано было разрешение коммерции советникам Андрею и Федоту Поповым производить поиски золотосодержащих песков и руд и добычу золота на всех свободных казенных землях Сибири, за исключением земель, принадлежавших Кабинету Его Величества. Таким образом, они одни из первых получили разрешение на поиск и разработку золота в Западной Сибири.

 

Первые попытки к разысканию золотоносных россыпей были предприняты Андреем и Федотом Поповыми в Березовском округе Тобольской губернии на северо-восточных отрогах Уральского хребта. Несмотря на большую затрату капитала (200 тыс. руб.), здесь их труды не увенчались успехом, но это не ослабило энергии предпринимателей. В мае 1827 года они перенесли усилия в Томскую губернию, куда были посланы поисковые партии — сначала в окрестности г. Томска (где о находке предположительно серебряных руд сообщал в 1696 году царю Петру I томский воевода Ржевский), потом в район речки Берикуль и других притоков реки Кии. В летние полевые сезоны 1827 и 1828 гг. они проводили поиски. Если поиски в окрестностях Томска были неудачными, то в системе реки Кии были открыты золотые россыпи, а 11 августа 1828 года была сделана первая заявка в Дмитровское волостное управление Томской губернии на местность по речке Берикуль, правому притоку Кия (ныне территория Кемеровской области). Ю.А. Гагемейстер в своем «Статистическом обозрении Сибири» (1854) отмечает, что заявка была сделана на месте тайной разработки золота скрывавшимся старообрядцем Егором Лесным.

 

Как рассказывают очевидцы, Поповым помог случай: от одной девицы, дочери поселенца-старообрядца Егора Лесного, скрывавшегося в тайге и в то время уже умершего, Федот Иванович узнал, что ее отец, живя вместе с нею в тайге по реке Берикуль, правому притоку Кии, верстах в 150 от Томска, занимался тайной промывкой золота. Заставив девицу указать место ее работы с отцом, Поповы тотчас приступили к разработкам и обнаружили золотосодержащую россыпь! Этой находкой они положил начало золотопромышленности в Сибири и стали первыми первооткрывателем золота в стране.

 

Хотя официально горный отвод на прииск «1-ая Бирикульская площадь» был получен лишь 12 февраля 1832 года, купцы Поповы добились редкой привилегии — разрешения на разработку россыпей до официальной разметки границ приисков. Добыча золота была начата Поповыми в 1829 году на речках Берикуль, Макарак и Малый Кундат, где ими было добыто 1 пуд 20 фунтов 11 золотников и 48 долей (24,6 кг) при содержаниях золота 1,5-2 золотника на 100 пудов ( 9-12 г/м). В 1830 году добыча золота на поповских приисках составила 4,56 пуда (74,7 кг), а в 1835 г. — уже 16,2 пуда (266,1 кг). Другие золотопромышленники начали добычу золота лишь в 1832 г.

 

Начался бум открытий золотых россыпей в Томской губернии. В 1829 году в компанию Поповых вошли брат Федота семипалатинский купец Степан Иванович Попов и тарский купец Евтихий Васильевич Филимонов, женатый на их сестре. К концу 1832 года было заявлено 124 прииска на имя Поповых, 34 — компании Рязановых, Баландина, Черепанова и Верходанова, 15 — коллежского асессора Асташева, 5 — купца Мельникова. К 1837 году, через 10 лет после открытия частной золотопромышленности, ею в Сибири занималось уже свыше 200 человек, добывая суммарно 106, 4 пуда (1,7 т) золота в год. К 1847 году объемы добычи частной золотопромышленности России увеличились уже до 1338 пудов (21,9 т). Ввиду отсутствия размежевания между приисками начались взаимные претензии о захвате площадей между Поповыми, Рязановыми и Асташевым. Не обошлось и без курьеза — в 1832 году Поповым отвели 10 приисков на речках Бурлевке, Рождественке и Воздвиженке, но лишь в 1833 году выяснилось, что они впадают не в реку Кожух, а в реку Тайдон и, следовательно, находятся на землях Кабинета Его Величества. После этого Горное правление определило: «...прииски от Поповых отобрать, добытое золото взять на хранение в казну и принять меры к возврату казне убытков, причиненных разработкой приисков в 1832 году». Было арестовано до двух пудов золота и выставлены претензии на добытые ранее 1,5 пуда золота. Но 28 ноября 1833 года 10 приисков по вершинам реки Тайдон были предоставлены в распоряжение Поповых, а всякие претензии к ним горнозаводского ведомства были сняты.

 

В конце 1831 года Федот Иванович Попов лично участвовавший в поисках золота провалился под лед, сильно простудился и умер 20 апреля 1832 года. Он похоронен в церкви, которую построил на своей земле на Басандайке.

 

В сентябре 1833 года в Санкт-Петербурге скончался глава семейства Андрей Яковлевич Попов. Он похоронен в Александро-Невской лавре. По духовному завещанию оставил 15 тысяч рублей на строительство здания Томской мужской гимназии, 50 тыс. рублей на устройство банка в Верхотурье, 40 тыс. рублей на учреждение в Томске Сибирского женского института. Однако император Николай I не разрешил дробить капитал и повелел его использовать на одно полезное дело, и 7 июня 1843 года было утверждено положение о Сибирском Общественном банке имени Поповых, который открылся в Томске в 1844 году. На проценты с ежегодного дохода банка содержались Томская Мариинская и Омская женские гимназии. Общая сумма перечисленных Андреем Яковлевичем капиталов на нужды благотворительности составила 308 тыс. рублей.

 

У его брата Ивана было четверо сыновей: Федот, Степан, Андрей и Алексей.

 

Унаследовал миллионное состояние и золотопромышленное дело Поповых Степан Попов. Он стал главой «Золотопромышленной компании наследников Поповых», регистрация которой состоялась 9 октября 1833 года в Тюменском губернском правлении.

 

Степан Иванович Попов (ум. 1853) — верхотурский купец 1-ой гильдии, коммерции советник (1826), в 1840-х годах сконцентрировал в своих руках капитал на сумму около 10 млн. руб. и судя по всему, направил большую часть на освоение новых месторождений золота в Киргизскую степь (территория нынешнего Казахстана). С 1810 г. вел разведку рудных богатств Томской губернии и Казахстана, открыл залежи серебро-свинцовых и медных руд в Прибалхашье, позже — месторождения каменного угля и активно их разрабатывал, вступив в Заангарскую золотопромышленную компанию (1834). Участвовал в Алтайско-Саянском Товариществе (состояла преимущественно из Петербургской знати). Вместе с И.Д. Асташовым организовал самостоятельную золотодобывающую компанию (1839), которая впервые в Сибири освоила систему подземных работ на золотых приисках.

 

В 1830-40 годы жил в Семипалатинске.

 

Степан Иванович, его сыновья и внуки кроме золота занимались разработкой и добычей серебро-свинцовых и медных руд: выстроил серебро-свинцовый и медеплавильный завод (Благодатно-Стефановский) на границе Баян-Аульского и Каркаралинского округов Семипалатинской области на землях, арендованных у Кабинета и местных казахов (1844). В 1849 г. им построено «опытно-плавильное заведение» для отделения серебра от свинца и плавка свинца, которое работало на каменном угле, открытом им при озере Яман-Туз.

 

В 1826 году назначен директором Верхотурского общественного банка. В Томске имел дом и кожевенный, мыловаренный и салотопленный заводы. При одном из своих заводов открыл настоящий музей древностей и полезных ископаемых, записывал легенды и предания. Общался с исследователями Казахстана: Ч. Валихановым, П. Семеновым-Тяньшанским и др.

 

Степан Иванович занимался проблемами сельского хозяйства: под Семипалатинском завел хуторское хозяйство, где проводились опыты по акклиматизации различных сельскохозяйственных культур. В 1828-1833 гг. проводил работы по выращиванию дикой «самородной» ржи, привезенной с берегов Байкала. Выращенные семена рассылались им в различные научные учреждения (Московское общество сельского хозяйства, Вольное экономическое общество). Эта деятельность послужила основой для избрания С.И. Попова членом-корреспондентом МОСХ (1831).

 

В Томске он был известен как щедрый жертвователь. В 1830 году выстроил на своей земле в пригороде на Басандайке церковь и передал Томской консистории 28 тыс. рублей на ее содержание. В правом приделе этой церкви покоился прах Федота Ивановича и Степана Ивановича Поповых и супруги последнего Анны Алексеевны.

 

Степан Иванович Попов награжден орденами Станислава 3-й степени, Святой Анны 3-й степени и золотой медалью.

 

Будучи главным душеприказчиком и наследником Андрея Яковлевича и Федота Ивановича Поповых, Степан Попов выполнил волю своего дяди — учредил Сибирский общественный банк (первый частный банк в Сибири), который кроме заявленных благотворительных целей позволил организовать правильный кредит для предпринимателей Томска и других городов Сибири. В 1909 году оборот банка составлял 3,5 млн. руб., он входил в десятку крупнейших частных банков России. На доходы банка (до 75 тыс. руб. в год) финансировались Мариинская женская гимназия в Томске, Поповская женская гимназия в Омске и обучение стипендиаток в Иркутском девичьем институте.

 

Горнопроходческое дело Степана Ивановича после его смерти оценивалось в 1,5 млн. рублей (невыплаченный долг — 500 тыс. руб.).

 

Сыновья Степана Ивановича Попова — Александр и Николай.

 

Александр Степанович Попов продолжил горнопромышленное дело отца и деда в Казахстане. Вместе с сыном — Степаном Александровичем они выстроили 6 серебро-свинцовых заводов, 42 медных рудника, 27 угольных копий. Образцы самородной меди, добытые на их рудниках , демонстрировались на Всемирной выставке в Париже (1879).

 

Степан Александрович Попов (ум. 1895) был самым крупным горнопромышленником Каркаралинского уезда. Там он имел два завода по выплавке меди, серебра и свинца (в 1899 г. на них было выплавлено 85 пуд. серебра, 10734 пуд. свинца и 3914 пуд. меди). В начале ХХ века горное дело Попова сильно пошатнулось, и его наследники искали покупателей или арендаторов на свои заводы и рудники (Коншин Н. От Павлодара до Каркаралинска. Путевые наброски //Памятная книжка Семипалатинской области на 1901 г. Вып. 5. Семипалатинск 1901. С. 47-48).

 

Николай Степанович Попов был женат на княжне Александре Михайловне Баратовой, которая после смерти мужа унаследовала Басандайскую лесную дачу, владела золотыми приисками, но под конец жизни полностью разорилась. Дача за долги была продана с торгов и приобретена Томским городским общественным управлением. Сама Александра Михайловна скончалась в нищете 8 ноября 1889 года и была похоронена за счет города в родовом склепе в Басандайской церкви. Их сын, Степан Николаевич, также находился в долгах.

 

К 1860 г. сыновья С.И. Попова задолжали огромную по тем временам сумму в 4 млн. руб., и в результате на их имущество и капиталы был наложен арест. Быстро сколоченные в золотопромышленности капиталы часто также быстро исчезали в тратах на новые поиски золота, в огромных процентах займа новых капиталов.

 

Третий брат, коммерции советник Андрей Иванович Попов, также оставил о себе память в Томске — тем, что вложил капитал в 3141 руб. в основание детского Мариинского приюта, открытого 21 мая 1844 года (ныне улица Розы Люксембург, 17). Воспитанницы до 1917 года получали начальное образование, обучались рукоделию, пению по нотам.

 

Четвертый брат — Алексей Иванович Попов и его сыновья также занимались золотодобычей и коммерцией. (Подробнее см.: Краткая энциклопедия по истории купечества и коммерции Сибири. Т. 3, кн. 3. Новосибирск. 1997. С. 42-44).

 

Андрей Алексеевич Попов (ум. 1860) — Усть-Каменогорский купец 2-й гильдии, потомственный почетный гражданин, золотопромышленник. Имел дом в Томске возле старого собора на Почтамптской улице у моста. В 1842 году пожертвовал Томскому кафедральному собору золотой крест весом 1,5 фунта, украшенный 126 бриллиантами и 110 изумрудами и яхонтами общей стоимостью 1216 рублей. Был прихожанином старого Собора, близ которого находился его дом, затем принадлежащий Некрасову (Почтамтская ул., у моста).

 

По неподтвержденным документально семейным преданиям, нашим дальним родственником был Александр Степанович Попов (1859-1905/6) — изобретатель электрической связи без проводов (радиосвязи), русский физик и электротехник, постоянный член Русского технического общества, директор Электро- технического института г. Петербурга. Он родился на Турьинских Рудниках (сейчас г. Краснотурьинск) Верхотурского уезда. В его роду золотодобычей не занимались, предки были из среды Уральского духовного сословия, 9 поколений священства.

 

Если информация о родственных отношениях с А.С. Поповым верна, то, наиболее вероятна связь через Степана Петровича (1827-1897), отца изобретателя, жившего в поселке Туринские рудники.

 

Христофор Алексеевич Попов имел пятерых детей — Николая, Алексея, Василия, Татьяну, Варвару. Был женат на Александре Миновне Щепотковой. Отец Александры — Мин Яковлевич Щепотков, имел золотой прииск. Мать — Татьяна Павловна Щепоткова.

 

Наша прапрабабушка Татьяна Христофоровна Попова (1854 −1910) рано осталась сиротой и была отдана в приют, организованный ее же родителями. Позднее, она была передана опекой семье томских купцов Сапожниковых. За купцом Дмитрием Сапожниковым была замужем Екатерина, сестра Николая Ивановича Наумова, будущего мужа Татьяны Христофоровны. В 1869 году в доме Сапожниковых произошла их первая встреча.

 

Татьяна Христофоровна окончила Томскую Мариинскую гимназию, в которой она училась бесплатно, так как гимназия была построена на средства, пожертвованные ее родителями. Во время учебы в гимназии, она некоторое время жила на воспитании у Якова Сулина (ссыльный, яркая фигура того времени).

 

Мы узнали о дальнейшей жизни Татьяны Христофоровны от сестер Елены и Марии Чихачевых, внучек народовольца И.И. Добровольского (1848- после 1934). Они собирались писать книгу о своем деде и работали в архивах. Оказалось, что их бабушка Мария (Маня) Эдуардовна Гейштор (литовка по отцу и полька по матери) дружила с Таней Поповой. По их сведениям, после окончания гимназии Татьяна Христофоровна служила на золотых приисках Лидии Алексеевны Шанявской, где и познакомилась с Маней Гейштор.

 

Лидия Алексеевна Шанявская (ум. 1921) была женой Альфонса Леонович Шанявского (1837-1905), российского офицера польского происхождения, генерал-майора, золотопромышленника, мецената. Перед смертью он завещал деньги на организацию народного университета. В 1908 г. в арбатском доме Шанявских такой университет был открыт благодаря энергии и упорству его жены Лидии Алексеевны Шанявской, лично участвовавшей в организации этого дела. Университет стал называться по имени своего создателя — Московский городской народный университет имени А.Л. Шанявского. Слушателями университета могли быть все желающие вне зависимости от пола, социального или материального положения, национальности и вероисповедания, политической благонадёжности, статуса, предварительного образования и т. д. Для поступления студентам не требовалось предъявлять аттестата да и каких-либо ещё документов, но они не получали дипломов и не могли пользоваться правами студентов правительственных высших учебных заведений. Это было место для получения знания, причем студент сам решал, какие именно лекции он хотел бы прослушать. В 1912 университет Шанявского переехал на Миусскую площадь, где для него было построено специальное здание.

 

 

Л.А. Шанявская (в девичестве — Родственная), будучи и сама очень богатой женщиной, купила прииск в тайге, который оказался золотоносным. Лидия Алексеевна была сторонницей женского образования, она увлеклась идеей прииска с женским персоналом служащих. Вот на этом прииске Компании Родственной ( девичья фамилия Шанявской) и оказались Маня Гейштор и Таня Попова. Девочки занимались счетоводством, им хорошо платили. Они часто бывали в Красноярске у дяди Тани — Дмитрия Евгеньевича Попова, который держал там магазин. (Дедушка Тани по матери Мин Яковлевич Щепотков, также был золотопромышленником, его сын — Алексей Минич имел прииск, который арендовал у Дмитрия Евгеньевича Попова.)

 

Вскоре Таня получила пособие для поездки в Петербург, куда приехала 7 августа 1873 г. Она поступила в Медико-хирургическую академию.

 

В 1872 году в Санкт-Петербурге при Медико-хирургической академии для женщин были учреждены «в виде опыта» Курсы ученых акушерок. Срок обучения на курсах устанавливался четырехгодичный, преподавание возлагалось на профессоров Академии, в число слушательниц допускались лишь лица со средним образованием или имевшие диплом домашней учительницы. За первые четыре года своего существования курсы доказали, что их слушательницы вполне могут осваивать медицинские знания и применять их на практике.

 

В связи с успешным завершением четырехлетнего «опыта» решено было продлить существование курсов и преобразовать их в Высшие женские врачебные курсы. По Высочайшему повелению от 4 марта 1876 года курсы были реорганизованы на следующих основаниях: устанавливался пятилетний срок обучения, курсы обособлялись совершенно от Академии, и занятия переносились в женское и детское отделения Николаевского военного госпиталя, по окончании за слушательницами сохранялось право на «акушерскую, женскую вообще и детскую практику».

 

Вскоре после Тани Поповой в Петербург приехала Маня Гейштор с рекомендательными письмами. Так как семья Гейшор была знакома с Николаем Ивановичем Наумовым по Красноярску, она обратилась к нему за помощью в трудоустройстве. Николай Иванович тогда сотрудничал в журнале «Дело», а Маня знала несколько иностранных языков, и он помог ей с работой. Таня и Маня поселились на одной квартире, и Маня так же, как Таня, поступила в Медико-хирургическую академию. Девушки входили в Кружок сибиряков, занимались просветительством и распространением литературы. На их квартире устраивались революционные сходки.

 

«Кружок Долгушенцев» или «Кружок сибиряков» (его участники были из Сибири, назван по фамилии создателя кружка Долгушина) существовал в 1871-1873 годах. Основной целью была пропаганда среди крестьян. Подготавливал почву для «хождения в народ».

 

Татьяна Попова была обыскана в Петербурге 31 марта 1874 года, так как подозревалась в близком знакомстве и пособничестве И.П.Пьянкову (проходил обвиняемым по делу 193-х). По подозрению в распространении запрещенных книг она была вторично обыскана и арестована в Томске в июне 1874 года и содержалась в Томской тюрьме до декабря. Была привлечена к дознанию по процессу 193-х, а 19 февраля 1876 г. по высшему повелению была освобождена от взыскания за недостаточностью улик.

 

«Процеесс ста девяноста трёх» («Большой процесс», официальное название — «Дело о пропаганде в Империи») — судебное дело революционеров-народников, разбиравшееся в Петербурге в Особом присутствии Правительствующего сената с 18 (30) октября 1877 по 23 января (4 февраля) 1878 года. К суду были привлечены участники «хождения в народ», которые были арестованы за революционную пропаганду с 1873 по 1877 год.

 

В Петербурге произошла вторая встреча Николая Ивановича Наумова и Татьяны Христофоровны Поповой. В 1874 году состоялась их свадьба. Брак Николая Ивановича и Татьяны Христофоровны был счастливым — Татьяна Христофоровна, скромная, образованная женщина, полностью разделявшая прогрессивные взгляды своего мужа, стала прекрасным спутником его жизни.

 

Маня Гейштор тоже скоро вышла замуж за выпускника Медико-хирургической Академии Ивана Ивановича Добровольского, проходившего по делу 193-х. Он был осужден на 9 лет каторги. Николай Иванович Наумов скрывал его в своей квартире и дал денег для выезда за границу. К тому времени Николай Иванович служил в Генеральном штабе титулярным советником, проживал по адресу Невский 91, кв. 30 и имел уже двоих детей. Семье Гейштор-Добровольских удалось выехать в Женеву.

 

С 1878 года у Николая Ивановича жила его племянница Александра Дмитриевна Сапожникова, дочь его сестры Екатерины, и училась в университете.

 

До 1884 г. Наумовы жили в Петербурге. Здесь родились их дети Николай, Вера и Екатерина. Невозможность жить только литературным трудом, заставила Н.И. Наумова поступить на службу и покинуть Петербург. Семья перебралась в Мариинск, а затем в Томск. В Сибири Татьяна Христофоровна была первой женщиной хирургом-гинекологом; в ее честь поселок недалеко от Томска назван Наумовкой. Это название сохранилось до наших дней — сейчас это районный центр Томской области.

 

У Татьяны Христофоровны и Николая Ивановича Наумова было 5 детей — Николай (наш прапрадедушка), Вера, Екатерина, Татьяна и Иван.

 

Умерла Татьяна Христофоровна от язвы желудка.

 

 

Короткая и драматическая история взлета и падения семейного золотопромышленного дела первооткрывателей сибирского и казахстанского золота купцов Поповых типична для раннего авантюрного этапа частной золотопромышленности Сибири. Быстро сколоченные капиталы исчезали в расходах на новые поиски золота, в огромных процентах привлеченных кредитов и в тратах на роскошный образ жизни.

 

Открытие купцами Андреем и Федотом Поповыми месторождений золота была первым в мире примером успеха частной золотопромышленности, взявшей все риски на себя. Когда после этого начались сибирская, калифорнийская, австралийская, южноафриканская, аляскинская золотые лихорадки, то выгоды золотого бизнеса и для предпринимателей, и для национальных правительств стали уже очевидны.

 

Первые в мире золотопромышленники Поповы, начав поиски золота, еще не были уверены, состоится ли их бизнес, не проще ли остаться в привычной хлебной торговле и винном откупе. Недаром на месте прииска «1-й Берикульской площади» в конце 20-х годов двадцатого века американские предприниматели, взявшие во время нэпа концессию на Берикульский рудник, поставили памятный знак в честь столетия первой в мире находки свободных золотоискателей. К сожалению, на сегодняшний день памятник не сохранился.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 
Литература:
 
Краткая энциклопедия по истории купечества и коммерции Сибири. Т. 3, кн. 3. Новосибирск. 1997.
 
Разгон В.Н. Сибирское купечество в XVIII — первой половине XIX в. Барнаул, 1999.
 
Боярко Г.Ю. Купцы Поповы — первые золотопромышленники России.